Евразийский проект в контексте выборов в США

0
45

safe_imageЕвразийский проект в контексте выборов в США

По мере приближения даты президентских выборов в США в российском медиа-пространстве все активнее обсуждается вопрос о том, как при новой администрации будут складываться взаимоотношения Соединенных Штатов и России. Но не менее актуальный вопрос – перспективы развития евразийской интеграции под влиянием столь существенного внешнего фактора. 

Еще в 2012 году, будучи главой Госдепартамента, Хиллари Клинтон засвидетельствовала однозначную позицию США в отношении процесса евразийской интеграции.

«США постараются не допустить воссоздания Советского Союза в новой версии под вывеской экономической интеграции. Сейчас делаются усилия по ресоветизации региона. Это будет называться по-другому — Таможенным союзом, Евразийским союзом или еще как-нибудь в этом роде. Но не будем обманываться на этот счет — мы знаем, какова истинна цель и пытаемся найти эффективные способы замедлить и предотвратить это», — заявила госпожа Клинтон.

В нынешней предвыборной риторике претендентки на роль главы Овального кабинета основной акцент противодействия сосредоточен на России, тема евразийской интеграции не фигурирует в ней зримо. Означает ли это, что вопрос ушел с авансцены?  Если нет, то, каким образом будут воплощаться попытки противодействия реинтеграции государств на пространстве Евразии: только лишь посредством давления на Москву или же будут задействованы ресурсы влияния и на другие государства региона?

С этими вопросами «IQ» обратился к российским экспертам.

Комментируя тему, заведующий кафедрой международных организаций и мировых политических процессов МГУ им. М.В. Ломоносова Андрей Сидоров прежде всего отметил долгосрочность и незыблемость базовых приоритетов США в отношении евразийского пространства, которые были сформулированы задолго до заявления Х. Клинтон.

 — Давайте сразу определимся: еще в докладе Совета по международным отношениям для Госдепартамента США, получившем название «Изучение войны и мира», а это 1941 год, был четко определен один из приоритетов  американской политики: недопущение появления на евразийском пространстве державы, которая могла бы его интегрировать и, опираясь на мощь и силу этого пространства, на его ресурсы, бросить в обозримом будущем какой-либо вызов Соединенным Штатам.

Это краеугольный камень американской внешней политики в отношении всей Евразии, — констатирует эксперт.

Таким, образом, утверждает А.Сидоров, процессы, происходящие на евразийском пространстве, не утратили актуальности для США и сегодня. Другой вопрос, что в современных условиях они рассматриваются не только в формате реинтеграции постсоветских государств, но в первую очередь с позиций сопряжения  евразийского проекта с китайской инициативой создания Экономического пояса Великого Шелкового пути (ЭПШП).

Администрация Обамы сделала упор в большей степени на Россию за счет того, что считает ее слабым звеном в тандеме Россия – Китай. И такую позицию критикуют республиканцы, я имею в виду «мыслящих» республиканцев, например, Тома Грэма и его сторонников. Они говорят о том, что, усиливая давление на Россию, США упускают из вида Китай.  

В свою очередь КНР сначала создает Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, куда выстраиваются европейский союзники Соединенных Штатов. Затем, в конце 2014 года, выдвигает проект Великого Шелкового пути, а в 2015 году заявляет, о том, что будет его финансировать.

Поэтому, конечно, вопрос «противодействия» США интеграционным процессам  нужно рассматривать в контексте Большой Евразии, в контексте

взаимодействия двух проектов: китайского ЭПШП и Евразийского экономического союза.

Я думаю, в случае прихода к власти Клинтон, США будут «давить» на Евразийский экономический союз, пытаясь внести некий раскол по экономическим вопросам. Но в данном случае все зависит от нас. Например, если в следующем году у нас будет 0,7% – 0,9%  или даже 1,1% роста, как это прогнозируют некоторые аналитики, это будет свидетельством, что мы выходим из траектории снижения.

С другой стороны, исходя, опять же, из экономики, в Китае говорят о том, что ситуация может измениться, и очередной глобальный кризис, может не коснуться США. То есть он не возникнет там. Все крупные кризисы последнего времени, начиная с 1929 года,  как правило, возникали в результате каких-то пертурбаций в американской экономике: мир постоянно в напряжении ждет, изменит ФРС ставку рефинансирования или не изменит.

Но следующий кризис легко может прийти из Китая. С этим Соединенным Штатам придется мириться, поскольку это будет свидетельством изменения положения ведущей экономики.

Я не знаю, будет ли так или не будет, но рассуждения  на эту тему высказываются на различных площадках. Поэтому для американцев очень важно удержаться на евразийском пространстве.

К слову, разговоры о том, что центром экономической гравитации становится Тихий океан, ведутся давно. С 2009 года и Обама, и Клинтон неоднократно заявляли об этом. Но, тем не менее, в своих действиях они сделали упор на другой конец Евразии.   

И, возможно, в стратегическом смысле такая позиция оправдана: если в России «изменить режим» и привести к власти либерально (прозападно) настроенных  людей, по большому счету, игра Китая будет сыграна, — считает эксперт.

 С коллегой согласен директор Института США и Канады РАН Валерий Гарбузов. Однако он не исключает и возможного усиления влияния новой администрации США непосредственно на государства, входящие в состав ЕАЭС.

 — В предвыборной риторике Хиллари Клинтон не повторяет буквально того, что она говорила когда-то. Но, так или иначе, значительная часть американской элиты воспринимает различные интеграционные усилия со стороны России или со стороны Китая, как угрозу.

Поэтому соответствующим образом и определяется политическое поведение Соединенных Штатов. Это долговременный фактор, который будет присутствовать и в политике новой администрации.

Если говорить о постсоветском пространстве, то, на мой взгляд, борьба за так называемое «советское наследство» еще не закончилась. Я не знаю, в каких формах она будет реализовываться, но объектом влияния могут бать и государства Центральной Азии, и Белоруссия. Мы же видим: когда уходят лидеры, многое меняется.

Поэтому, конечно, задача России состоит в том, чтобы по периметрам своих границ обеспечить безопасность. Сегодня нередко можно услышать, что географический фактор ушел в прошлое. Ничего подобного, он действует так же, как и в XIX, и в XX веке. Пример Украины убеждает в том, насколько важно для России иметь по периметру границ государства-соседей, которые относятся к нам благожелательно, а не являются оппонентами или врагами. Поэтому важно развивать интеграционные проекты, которые уже существуют, и, возможно, новые проекты, — считает В. Гарбузов.

Источник: Казахстанско-российский экспертный IQ-клуб