Мнение специалиста текстильной отрасли: «Российское образование поможет Узбекистану в создании рабочих мест и развитии туризма»

В ходе круглого стола «Трансформация рынка труда и потребностей в специалистах в условиях технологического запроса будущего. Возможности партнерства ВУЗов Узбекистана и России», состоявшегося в г. Ташкенте в октябре т.г., эксперт Информационно-аналитического Центра «Евразия – Поволжье» побеседовал с генеральным директором текстильной компании «Mirus Textile Group» (Узбекистан) Еленой РОМАНОВОЙ

— Здравствуйте, Елена! Спасибо, что согласились ответить на наши вопросы. Как вы оцениваете текущее состояние и потенциал взаимодействия Узбекистана и России в сфере подготовки специалистов в сфере легкой и текстильной промышленности?

— Добрый день. Я полагаю, что в настоящий момент мы имеем действительно много точек взаимной заинтересованности в области кадрового обеспечения действующих в Узбекистане производств. Существующего в республике образовательного ресурса не достаточно для решения актуальных производственных и прикладных задач, по крайней мере в текстильной отрасли. Отмечается нехватка образовательных учреждений, выпускающих специалистов текстильщиков, дающих необходимое для работы начальное профессиональное образование.

В этой связи наша компания рассматривает вопрос о формировании т.н. «текстильного клуба», который позволял бы нам поддерживать контакты с образовательными учреждениями. Хотелось бы напомнить о позитивном опыте подобного взаимодействия, ярким примером которого является судьба Алексея Николаевича Косыгина, окончившего Ленинградский текстильный институт и, в последствие, проделавшего путь от простого рабочего до одного из крупных государственных деятелей Советского Союза благодаря четкому пониманию актуальных потребностей времени и доскональному знанию деталей профессии.

— Актуальна ли для Узбекистана потребность в развитии текстильной промышленности в настоящее время? Какие для этого есть предпосылки и резервы?

— По решению президента страны в республике принята 5-летняя программа развития, предусматривающая расширение экспорта, в том числе за счет увеличения номенклатуры поставляемой за рубеж готовой, а не сырьевой, продукции. В данном контексте изделия из хлопка следует рассматривать как товар с высокой добавленной стоимостью, поэтому развитие текстильной промышленности соответствует задачам, обозначенным руководством страны. За последнее время в Узбекистане было роздано много кредитов под приобретение прядильно-красильного оборудования, запуск новых текстильных производств, например, нетрадиционного для данной местности — джинсового. Однако затем среди местного населения обнаружилась острая нехватка технологов и инженеров, которые способны эксплуатировать и обслуживать соответствующее оборудование.

Единственным выходом из сложившейся ситуации является привлечение специалистов из Пакистана, Индии и Турции. А это могли бы быть полноценные крупные предприятия с большим количеством рабочих мест для граждан Узбекистана, способствующие решению, наряду с коммерческими, ряда актуальных социально-экономических задач. Кроме того, не хватает персонала для работы с большим количеством внешнеэкономической документации.

Сейчас в Узбекистан переносят много производств с территории Китая, в том числе и российские компании. При этом между сторонами требуется согласование производственных моментов в соответствии с техническими нормами и стандартами. Соответствующих специалистов в данной сфере так же мало, и подчас это приводит к отказу от продолжения сотрудничества.

— Как вы считаете, представители каких специальностей могли бы проходить подготовку в России и затем успешно работать в Узбекистане?

— На прошедшей в сентябре т.г. конференции в г. Джизаке (Узбекистан) я отметила повышенный интерес иностранных инвесторов к туристическому сектору. Насколько я понимаю, в настоящее время в Узбекистане имеется большой дефицит специалистов в области туризма и сервиса. Вместе с тем по территории страны проходит часть маршрута «Шелкового пути», отличающаяся особенной исторической и культурной атмосферой, но не обеспеченная должным образом элементами туристической инфраструктуры. Это, пожалуй, также одно из приоритетных и актуальных для нас направлений развития.

По поводу образования в России хочу отдельно отметить, что сейчас значительная часть населения Узбекистана стремятся направить детей в российские вузы для того, чтобы обеспечить им хорошие перспективы, знание русского языка. Несмотря на это, узбеки очень любят свою родину и всегда стремятся к возвращению на нее, к своим родителям и семьям. Здесь, например, крепка традиция, по которой младший сын должен всегда оставаться рядом с родителями и никогда не покидать их. 20 лет здесь делали упор на изучение английского языка и ориентировались на некую эфемерную «заграницу», иностранное партнерство. Теперь стало понятно, что основной партнер по всем направлениям – это Россия, именно поэтому мы видим как по республике все чаще открываются русские классы и целые школы. Таким образом, я думаю, что между Россией и Узбекистаном должно сложиться плодотворное взаимодействие в образовательной и гуманитарной сферах, так как вернувшиеся сюда выпускники вузов РФ будут вкладываться в развитие потенциала страны и реализовать его.

 

— Благодарю вас, всего доброго!

 

Заместитель руководителя НОЦ по работе со странами СНГ и Балтии Саратовского национального исследовательского государственного университета имени Н.Г. Чернышевскогo, эксперт Информационно-аналитического Центра «Евразия – Поволжье»,

А.В. Городилов

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here